• Л.И. Блехер, Г.Ю. Любарский
 


Мы создали Италию, давайте создавать итальянцев.
Камилло Кавур, премьер-министр Италии


О национальном характере немало написано, да немного известно.

В основном на нашем форуме для разговора о национальных характерах использовался ценностный подход. Как любой достаточно общий подход, он позволяет все на свете описать на своем языке — на языке ценностей. Существуют и другие способы разговора об этом предмете. Можно говорить о стилистических чертах, заключенных в национальных характерах; можно попытаться описать некий набор развивающихся в человечестве качеств и определить, как это не раз делали в прошлые века, «задачи» развития, стоящие перед разными народами. Картина может оказаться очень сложной, — скажем, национальный характер не определяется набором элементов — ценностей, — а в процессе своего развития меняет ценностные системы, но сам закон смены ценностных систем характерен только для данного народа. Можно указать и на другие подходы, но — на нашем форуме говорилось о национальных характерах только в связи с ценностным подходом.

Если национальный характер определяется национальными ценностями, то можно ли его описать на этом ценностном языке? Как выглядят иерархии ценностей в национальных характерах различных народов? Чем отличается русский национальный характер, в чем отличие присущей ему иерархии ценностей?

Какие ответы получили эти вопросы? Прежде всего, стоит выделить позицию, согласно которой высшие ценности присутствуют во всех национальных характерах. Не существует народов, лишенных понимания каких-либо ценностей. Другое дело, что эти высокие ценности у разных народов по-разному соотносятся между собой. Из общего набора ценностей народ выделяет несколько, обращает на них особое внимание, полагая, что другие ценности не могут вступить в противоречие с этими избранными ценностями.

Кроме того, возможна и релятивистская позиция, утверждающая, что общих ценностей нет, это выдумка. Сравнительное изучение народов может привести к выводу, что то, что является ценностью у одного народа, будет совсем не ценным у другого. С этой точки зрения представление об универсальных ценностях — не более чем стремление всех подстричь под одну гребенку. Отсюда вытекает концепция, требующая описать ценности каждого народа как самостоятельные, ни к чему не сводимые. Правда, тогда остается непонятным, как люди все ж умудряются договариваться между собой.

Итак, на форуме прозвучала точка зрения, что частных ценностей, присущих отдельной национальности, не существует.

В. Чеснокова

Чисто русских (как и немецких, японских и прочих) ценностей не существует, в национальных культурах варьируются иерархии ценностей. Если же сравнивать эти иерархии, то практическое значение имеют только верхушки шкал — вот они-то и несут значимую информацию об отличиях.

В одном из опросов Фонда «Общественное мнение» экспертам был задан вопрос о тех ценностях, которые они считают «самыми важными для русского народа». На первое место вышли «духовность» (духовные ценности), «соборность» (коллективизм, общинность), потом еще «семья» (семейные ценности) и «Россия, родина» и т.д. (что мы подвели под общую категорию «патриотизм») (Клуб Дискурс: Социум, 2001).


П.И. Новгородцев. 1901. Идея права в философии Вл. Соловьева

Поскольку западничество было именно доктриной и мировоззрением, а не простым продуктом подражательности и заимствований, оно вытекало из одного очень важного и глубокого догмата: из веры в существование общечеловеческих начал и общеобязательных идеалов. Отсюда его /Вл. Соловьева. — А.Б., Г.А./ доверие к опыту Западной Европы, далее нас ушедшей вперед, но родственной нам по идеалам и стремлениям; отсюда его протесты против замкнутости и обособления России.

Западничество всегда было проникнуто верой в важное значение энергической культурной работы и в великую силу внешних форм общественной жизни, обеспечивающих свободное развитие лиц. В противоположность этому, славянофильство, будучи в корне своем национальным самопревознесением, было вместе с тем и патриотическим самоуспокоением.


Высказана была и другая позиция — что, напротив, универсальных ценностей не бывает.

Л. Аннинский

Безусловных ценностей вообще нет и быть не может. Высшей ценностью объявляется то или другое — для одних Единый Бог, для других — бог Места, для третьих — Абсолют, для четвертых — Природа, для пятых — опять-таки Единый Бог, но только из рук святейшего папы... и так до бесконечности (Клуб Дискурс: Социум, 2001).


Если же признавать, что каждой культуре или группе культур присущи собственные ценности или собственная иерархия ценностей, то можно указать, какие ценности присутствуют в той или иной культуре. Для универсалистов это будет описание иерархии ценностей, для релятивистов — указание на собственные, ни к чему не сводимые ценности данной культуры.
Так, утверждается, что есть ценности, присущие всей западной культуре.

И. Клямкин

Ценности Запада, соответствующие его субстанции, как я их понимаю, — это свобода (индивидуальная), персональная ответственность перед Богом за ее использование и дополняющий эту ответственность порядок, основанный на принципах права, охраняющего свободу одних от свободы других (Клуб Дискурс: Социум, 2001).

В связи с противостоянием западным ценностям и при признании национальных ценностей высказываются ценности, присущие русской культуре.


М. Назаров

Пропагандируемая же западниками открытость американизированному миру, вхождение в его экономические структуры заведомо поставит русских — учитывая их традиционную (даже у атеистов) нестяжательность, меньшую устремленность к достижению материальных благ любой ценой — в заведомо проигрышное положение по сравнению с теми народами, которые видят в земных ценностях главные (Клуб Дискурс: Социум, 2001).


В.Г. Белинский. 1847. Письмо к Н.В. Гоголю

Вы не заметили, что Россия видит свое спасение не в мистицизме, не в аскетизме, не в пиетизме, а в успехах цивилизации, просвещения, гуманности. Ей нужны не проповеди (довольно она слышала их!), не молитвы (довольно она твердила их!), а пробуждение в народу чувства человеческого достоинства, столько веков потерянного в грязи и неволе, права и законы, сообразные не с учением церкви, а с здравым смыслом и справедливостью, и строгое, по возможности, их выполнение.


Итак, на Западе мы встречаем свободу, ответственность, порядок, а в России — нестяжательность. Эти ценности настолько несопоставимы, что трудно говорить об их конфликте. Свободе и порядку нестяжательность не помеха, нестяжательности ответственность не в тягость. Тем не менее мы ощущаем столкновение ценностей — в нашей жизни эти столкновения проявляются со всей очевидностью. Может быть, дело не в национальных культурных ценностях? Бывают еще ценности, вырабатываемые общей исторической дорогой, общим временем. Может быть, то, что сталкивается, — это не национальные ценности? Ведь никто не доказал, что все ценности, которые есть на свете, розданы по нациям. Может, есть еще и свободные, неангажированные ценности, которые сегодня присущи одним, завтра другим. Так ли это, неясно.

Участники форума постарались сблизить системы ценностей так, чтобы они могли вступать в диалог друг с другом, — хотя бы противореча, хоть бы сражаясь.





















Л. Аннинский

Я свел бы контраст западного интеллекта и нашей почвенной души к следующему «диалогу» ценностей /.../: Американец упорно работает ради того, чтобы и дети, и внуки его имели счастливую возможность так же работать. Наш человек героически вкалывает ради того, чтобы если не дети, то хоть внуки его получили, наконец, возможность ничего не делать (Клуб Дискурс: Социум, 2001).


В. Федотова

Я думаю, есть еще одна такая ценность, а именно — желание быть независимыми, жить в независимой стране. /.../ Либерализм со справедливостью /.../ и есть, мне кажется, то, что соответствует ценностям нашего народа на сегодняшний день (Клуб Дискурс: Социум, 2001).


Ну, это уж точно не национальные ценности, сейчас мало кто не хочет быть независимым, либеральным и справедливым. Это — ценности нашего (и только нашего?) времени. Впрочем, может быть, этот набор ценностей, общий почти всем племенам Земли, как-то особенно близок россиянам?

Общие для разных культур ценности могут возникать и не из «духа времени», а из общности происхождения.

В. Межуев

Русская культура едина с европейской в поиске универсальных основ человеческой жизни и общественного устройства, но разошлась с последней в направлении этого поиска. Различие между ними сказалось прежде всего в области морали. Принципу «каждый за себя», т. е. принципу индивидуального спасения, нашедшему свое наиболее полное выражение в «протестантской этике как духе капитализма», Россия противопоставила принцип «каждый за всех»— «русскую идею» коллективного спасения, которая, как мне представляется, более соответствует этике православия. Согласно этой идее, нельзя спастись, если не спасутся другие, в принципе — каждый.

/.../ В отличие от этики справедливости («каждому по делам его»), ставшей моральным каноном Запада, российский вариант можно назвать этикой милосердия и сострадания ко всем «униженным и оскорбленным». Вот почему Запад сосредоточился в основном на предоставлении каждому равных гражданских прав, тогда как Россия была озабочена более моральными ценностями, выводящими человека за рамки его частной жизни, возвышающими его до уровня вселенской жизни, исполненной служения всем и любви к каждому. В своих социальных начинаниях Запад предельно рационалистичен и индивидуалистичен, тогда как культурная и духовная Россия предпочитала руководствоваться не только умом, но и сердцем, полагая, что «отвлеченный ум» не способен охватить всю полноту и сложность человеческой души и жизни (Клуб Дискурс: Социум, 2001).


К перечислению наших «сильных сторон» присоединяется К. Леонтьев.

К. Леонтьев. 1874. Византизм и славянство

Сильны, могучи у нас только три вещи: византийское православие, родовое и безграничное самодержавие наше и, может быть, наш сельский поземельный мир...


Итак, к «нашим» ценностям добавились свобода и справедливость, милосердие и сострадание, а также легко узнать в высказывании Леонтьева православие, самодержавие, народность.

Определять ценностную шкалу культуры можно не только положительно, но и отрицательно, указывая на отсутствие некоторых ценностей или на «отрицательные ценности».

А. Уткин

Наше отличительное свойство /.../ фатализм. Он совершенно не свойствен западному человеку. А в нашей стране без фатализма прожить невозможно. Поэтому у большинства людей здесь фаталистическое мировосприятие (Клуб Дискурс: Социум, 2001).

Это указание на «отрицательные ценности», на наши «недостатки » иногда вызывает очень сильную реакцию, вплоть до обозначения таких взглядов, как «русофобия », и указания направления, в котором высказывающему такие взгляды следует двигаться. Правда, на нашем форуме столь сильные реакции не были представлены. Но можно сказать, что указанием на характерные недостатки существующие в России ценности обозначаются не менее явно, чем в «положительном» представлении наших достоинств.

A. С. Пушкин. 1836. Письмо к П.Чаадаеву

Нужно признаться, что наша общественная жизнь весьма печальна. Это отсутствие общественного мнения, это равнодушие ко всякому долгу, к справедливости и к правде, это циническое презрение к мысли и к человеческому достоинству действительно приводят в отчаяние.


П.Я. Чаадаев. 1836. Философические письма

Много ли мы находим у себя в повседневном обиходе элементарных идей, которыми могли бы с грехом пополам руководствоваться в жизни? /.../ Это — идеи долга, справедливости, права, порядка. /.../ Они входят необходимым элементом в социальный уклад этих /западных.— А.Б., Г.А./ стран. Это и составляет атмосферу Запада; это — больше, нежели история, больше, чем психология: это — физиология европейского человека. Чем вы замените это у нас?


B. Г. Белинский. 1847. Взгляд на русскую литературу 1846 года

Не любя гаданий и мечтаний и пуще всего боясь произвольных, личных выводов, мы не утверждаем за непреложное, что русскому народу предназначено выразить в своей национальности наиболее богатое и разностороннее содержание и что в этом заключается причина его удивительной способности воспринимать и усвоивать себе все чуждое ему; но смеем думать, что подобная мысль, как предположение, высказываемое без самохвальства и фанатизма, не лишена основания.


Итак, общий список ценностей Запада: индивидуальная свобода, правовое общество, личный долг, стремление к матермальным благам, ценность труда и справедливости. Русские ценности: духовность, соборность, семья, патриотизм, нестяжательность, милосердие. К русским особенностям, в представлении участников диалога, могут быть отнесены фатализм, поиски справедливости, переимчивость, но что удивительно при столь остром противоречии сторон, так это согласие по поводу наличия или отсутствия тех или иных ценностей.
Кажется, что западники и почвенники готовы спорить по любому поводу, но здесь в целом согласны друг с другом. Конечно, имеет место разная трактовка одних и тех же ценностей — например, западники отстаивают индивидуальную свободу как чрезвычайно положительное качество, почвенники же стремятся указать на ее отрицательные свойства. И все равно согласие удивительное: почти единогласно полагается, что русские не отличаются особенно сильно выраженной идеей личного долга или индивидуальной свободы, на Западе же эти качества (по мнению многих почвенников — отрицательные или приводящие к отрицательным последствиям для общества) развиты достаточно сильно. То же самое и по другим параметрам: для русских — нестяжательность, для западных людей — ценность труда и стремление к материальным благам. Можно предполагать, что этим согласием (достигнутым сквозь противоречия) указывается на действительную общность представлений относительно иерархии ценностей, свойственных обсуждаемым культурам.

В особенности стоит обратить внимание на пресловутую «переимчивость». Обычно эту черту называют среди слабоотрицательных, иногда указывают, что она не так уж и плоха. Но возможна и иная точка зрения, высказываемая достаточно редко: русский народ имеет особое качество, проявляющееся с очевидностью, — талант восприятия. Эта особого рода одаренность встречается довольно редко, трудно вспомнить иной народ, который полагал бы такой вид одаренности присущим ему достоинством. Разворачивая это качество, можно увидеть его следствия: имеется одаренность без производительности, талант без свершения. То, что произведено культурой Европы, удивительно быстро схватывается, понимается, развивается... но не применяется. Это качество и называется «талантом переимчивости» и отличается от «таланта ученика»: ученик, выучившись, начинает работать самостоятельно, «переимщик» ловко копирует, но не умеет применить свои навыки. Конечно, и эта черта по-разному оценивается спорщиками: для западников этот талант — залог успешности заимствований или, напротив, трудность их закрепления. Для почвенников — неприятная заразительность вредными западными качествами или, напротив, залог особой роли России в человеческом общении, способный привести мир к согласию.

<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 5248
Другие книги
             
Редакция рекомендует
               
 
топ

Пропаганда до 1918 года

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

От Первой до Второй мировой

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

Вторая мировая

short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

После Второй Мировой

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

Современность

short_news_img
short_news_img
short_news_img
 
X