• под ред. В.Я. Гросула
 


Новая консервативная волна, ставшая особенно заметной в конце 70-х годов нынешнего столетия и охватывавшая все новые и новые регионы, естественно, не могла не привлечь пристального внимания исследователей различных школ, направлений и специальностей. Стала она и предметом изучения для обществоведов нашей страны, причем прежде всего начал изучаться современный консерватизм, преимущественно консерватизм политический. В этом отношении пальма первенства принадлежала в конце 70-х годов специалистам по истории США и Англии, которые первыми обратили внимание на политические сдвиги в современном мире и тенденции их последующего развития. Помимо отдельных статей, например, в московском «Американском ежегоднике», появляются все более крупные публикации, а затем и специальные монографии1. Но страноведческий подход, особое внимание к консервативной мысли и практике того или иного государства, даже такого как США, интерес к которому остается непреходящим2, неизбежно влечет за собой и фронтальное изучение политического консерватизма как одного из важнейших направлений общественной мысли, появившихся за всю историю человечества.

Попытки целостного изучения консервативной идеологии и практики вскоре вылились в специальные исследования, в том числе и монографического плана, ставшие результатом широкого охвата истории и философии консерватизма зарубежных стран3. Уже в 80-х годах эта относительно новая исследовательская тематика становится привычной, вовлекая в число изыскателей все новые и новые научные силы. Статьи по консерватизму пришли на страницы многих журналов, ему стали посвящаться в нашей стране специальные конференции и симпозиумы, все четче выявлялись различные подходы и заинтересованная борьба мнений4.

Отдельные издания по этой тематике, характерные для 70-х годов5, сменились, таким образом, чуть ли не потоком различного рода выступлений и публикаций, что находило порой неожиданные проявления. Известная работа одного из крупнейших идеологов международного консерватизма - Э. Бёрка «Размышления о революции во Франции», первоначально вышедшая в Англии в конце XVIII столетия и не переводившаяся полностью на русский язык, вдруг, как бы неожиданно, выходит в журнальном варианте на страницах «Социологических исследований» 1991-1993 гг. и двумя отдельными книгами, в Москве и Лондоне. Это было явным свидетельством решительного поворота в сторону изучения консервативной проблематики, все более осмысленного желания разобраться в направлении, не пользовавшимся ни одобрением, ни повышенным вниманием в предшествующие времена.

Неудивительно, что возросший интерес к зарубежному консерватизму усилил давнюю потребность в исследовании консерватизма отечественного. Правда, были и другие причины поворота в сторону русского консерватизма, связанные с теми общественными событиями, которые стали характерны для нашей страны во второй половине 80-х годов. Но общий поворот в исследовательском плане стал как бы равнодействующей конкретных исследовательских задач и политических сдвигов как внутри страны, так и за ее пределами. При этом следует сразу и вполне определенно сказать, что общее мнение о полном пренебрежении к русскому консерватизму в отечественной литературе последних десятилетий не соответствует реальному состоянию отечественной историографии. Она представлена специальными трудами о таких консервативных мыслителях, как М.М.Щербатов, Н.М.Карамзин, М.Н.Катков, К.П.Победоносцев, К.Н.Леонтьев, Л.А.Тихомиров. Изучены были и отдельные органы консервативной печати. Еще в 20-х годах Н.М.Дружинин обстоятельно исследовал «Журнал землевладельцев», выходивший в 1858-1860 гг.6, а в 1975 г. завершила свое исследование об одном из важнейших органов пореформенного консерватизма - газете «Весть» В.А.Скороспелова7. Консервативные издания М.Н.Каткова и Ф.М.Достоевского основательно разбираются в монографиях В.А.Твардовской8.

Деятельность консерваторов России, их идеология нашли отражение в посвященных царствованию Александра I исследовательских трудах (А.В.Предтеченского, Н.В.Минаевой, С.В.Мироненко, М.М.Сафонова и др.), а также в работах по проблемам общественно-политической борьбы вокруг реформы 1861 г. (монографии П.А.Зайончковского, Н.М.Дружинина, П.Г.Рындзюнского, Б.Г.Литвака, В.Г.Чернухи, Л.Г.Захаровой и др.), по истории дворянства (А.П.Корелин, Ю.Б.Соловьев), истории либерализма (Н.М.Пирумова, Е.А.Дудзинская, Н.И.Цимбаев, К.Ф.Шацилло,

А.А.Алафаев, Б.П.Балуев, С.С.Секиринский и др.), а также по ряду других проблем русской истории XIX столетия. И тем не менее внимание к консерватизму не соответствовало тому значению, которое он имел в прошлом столетии. Поэтому тот поворот в сторону изучения русского политического консерватизма, который наметился в конце 80-х годов, имел, конечно, и сугубо исследовательские причины.

Одной из первых «ласточек» этого поворота в сторону именно истории русского консерватизма следует признать новую публикацию статьи Н.А.Бердяева о судьбах русского консерватизма9, статьи небольшой, но примечательной своими акцентами. Особенность нашего времени заключается в том, что конкретные исторические исследования сочетаются с публикациями источников и специальными выступлениями теоретического характера. Появляются целенаправленные диссертационные исследования как по консерватизму в целом, например диссертации К.А.Лотарева и О.В.Кишенковой10, так и по деятельности отдельных представителей консерватизма, прежде не привлекавших внимания исследователей, допустим, таких как С.Ф.Шарапов11. Публикуются «Петербургские письма» Жозефа де Местра, одного из виднейших консервативных мыслителей начала XIX в., оказавшего заметное влияние на русских консерваторов той поры12. Выходят специальные книги об отдельных представителях консервативно-реакционного лагеря, например, о A.С.Шишкове13 и А.А.Аракчееве14, о чем сравнительно недавно, пожалуй, не могло идти и речи. В дополнение к уже упоминавшимся монографиям и диссертациям об эпохе Александра I публикуются новые, уже несущие на себе отпечаток нынешнего времени15. Исследуются внешнеполитические концепции российского консерватизма16.

Одной из важных особенностей современной исторической науки стало появление значительного числа статей, прямо посвященных изучению консерватизма в России17. Консерватизм находит отражение и в общих монографиях, сборниках и пособиях18, а также становится предметом специальных дискуссий19. По проблемам русского консерватизма готовятся специальные работы в Петербурге (А.С.Карцевым) и в других городах России, а в Институте российской истории РАН создается специальный сборник о ряде видных консерваторов страны в новое время20. Но обращаясь к самым последним работам, вышедшим в нашей стране, мы привлекли также и ряд изданий исследовательского и публицистического характера, опубликованных за рубежом. Прежде всего обращает на себя внимание весьма значительное наследие в этой области, оставленное послеоктябрьсой политической эмиграцией. В специальных работах, посвященных этой волне эмиграции, давно подмечено ее заметное поправение и усиление в ее среде промонархических сил21. Эта тенденция не могла не повлиять и на исследовательские приоритеты деятелей эмиграции, нередко обращавшихся к истории русского консерватизма, к жизни и творчеству многих ее представителей. Один из идеологов «легальных марксистов», входивший затем в число ведущих основателей партии кадетов, П.Б.Струве, оказавшись за рубежом, подчеркивал, что дореволюционная Россия XIX века могла похвастаться богатой традицией консервативной мысли, идущей от Н.М.Карамзина, князя ПА.Вяземского через А.С.Пушкина к Н.В.Гоголю, славянофилам и «либеральному консерватизму» начала века22. Как видно, и автора «Вольности» и «Деревни», активного противника деятелей «официальной народности» А.С.Пушкина П.Струве тоже относил к представителям консервативной мысли.

Деятели послеоктябрьской эмиграции оставили весьма разнообразные труды по различным проблемам русского консерватизма. В этом можно убедиться после ознакомления с кратким обзором творчества русских историков за рубежом, составленным П.Е.Ковалевским23, или со специальной книгой В.Т.Пашуто24, которая тоже не претендует на всесторонний и детальный охват материала.

Впечатляет не только общее количество трудов эмигрантов, в той или иной степени посвященных проблемам русского консерватизма, но и различные подходы и аспекты, отраженные в этих изданиях. Профессор B.В.Зеньковский, еще в 1929 г. опубликовавший первое издание своей книги «Русские мыслители и Европа», специально останавливается на истоках русского антизападничества конца XVIII - начала XIX в.25 и, фактически, на предпосылках и последующем развитии русского консерватизма. Еще в большей степени занимается отечественным консерватизмом Н.А.Бердяев, обратившийся к нему еще задолго до эмиграции и затем неоднократно писавший о консерватизме вообще и о русском консерватизме в частности. В своей «Философии неравенства» он специально посвящает консерватизму свое пятое письмо. Любопытно, что он пишет там «о консерватизме не как о политическом направлении и политической партии, а как об одном из вечных религиозных и онтологических начал человеческого общества»26. Здесь известный философ выступает против революционного начала, а в консервативном начале видит здоровую реакцию против насилия над органической природой27. Более того, Н.А.Бердяев подчеркивает, что «в конце концов, всякое здоровое консервативное течение, без которого не может быть сохранения общественного космоса, имеет опору в тысячелетних чувствах народных, которые нельзя разрушить в один день, минуту или год»28.

Если в самом начале века Н.Бердяев считал, что консервативное течение в русской мысли практически себя исчерпало, то в послеэмигрантский период он, несомненно, сам отдает предпочтение консервативным установкам и довольно основательно разрабатывает историю русского консерватизма. В одном из своих сочинений он счел нужным подчеркнуть: «Я принадлежу к людям, которые взбунтовались против исторического процесса, потому что он убивает личность, не замечает личности и не для личности происходит». Н.А.Бердяев исследует проблемы русского консерватизма не только в своих общих работах, например в «Русской идее» или «Истоках и смысле русского коммунизма», «Самопознании», но ив специальных исследованиях, посвященных отдельным русским мыслителям. Еще до революции, в 1912 г., он издает книгу о славянофиле А.С.Хомякове, либерале, в воззрениях которого можно обнаружить и некоторые зерна консерватизма, давшие в позднем славянофильстве более отчетливые консервативные ростки. Став уже эмигрантом, Н.Бердяев пишет о Ф.Достоевском, Н.Федорове, Л.Толстом, а также о других русских писателях и философах, касаясь при этом общих и частных проблем русского консерватизма. Особо следует отметить вышедшую в Париже в 1926 г. книгу Н.Бердяева о «философе реакционной романтики» Константине Леонтьеве - представителе крайне консервативного направления русской общественной мысли.

К проблемам консерватизма обратились и другие русские мыслители из среды эмигрантов. Так, С.Л.Франк в одной из своих книг выделяет специальную главу под названием «Консерватизм и творчество в общественной жизни», где, среди прочего, пишет, что «сохранение и свобода творческой инициативы суть, собственно, не две разные задачи общественной политики, а лишь две стороны одной органической целостной задачи»29. Те или иные вопросы истории русского консерватизма затрагивались и в сочинениях Ф.А.Степуна, Н.С.Арсеньева, С.Н.Булгакова, Б.П.Вышеславцева, И.А.Ильина и других эмигрантских авторов, труды которых сейчас часто переиздаются в современной России и потому стали весьма доступными30.

Особый разговор об отражении русского консерватизма в трудах современных иностранных авторов, изданных на ряде языков и, насколько нам известно, во всей своей целостности до сих пор не исследованных. Собственно тема «Русский консерватизм в трудах зарубежных историков» может стать объектом специальной монографической работы, настолько обширно современное наследие исследователей этой темы. В разных странах, прежде всего в США, Англии, Франции, ФРГ, Италии вышло довольно значительное число работ, или непосредственно посвященных истории русского консерватизма, или отражающих его в той или иной степени в изданиях, посвященных различным другим проблемам истории России. В зарубежной литературе уже существовала давняя традиция отражения русского общества прошлого столетия как в научных трудах, так и в публицистике. Достаточно обратиться к сочинениям Жозефа де Местра и других. Многие из этих сочинений отличаются критическим подходом, но они нередко дают обширные сведения о состоянии умов русского общества, о соотношении сил между различными общественными и политическими течениями. Шарль де Мазад, среди прочего, подчеркнул: «как известно, русские как средних, так и других классов обладают способностью с удивительной легкостью воспринимать чужие идеи»31, то есть он как бы ставил под сомнение устойчивость мнений, умственный традиционализм и консерватизм русского общества. Речь в его записках шла об эпохе начала царствования Александра II, когда рушились традиционные представления и готовились известные реформы.

За рубежом довольно основательно изучались царствования русских императоров XIX века. Еще в 1864 г. выпускает свою книгу о Николае I Лакруа, а в 1908-1914 гг. о том же императоре издает на немецком языке солидную работу Т.Шиманн. Еще в XIX веке вышли многочисленные труды и о других русских императорах - Александре I, Александре II, Александре III и даже о Николае II32, где нередко можно почерпнуть определенные сведения о русских консерваторах, их взаимосвязях с царской семьей и той роли, которую они играли в тогдашней русской жизни.

Особое внимание, однако, заслуживают специальные исследования о русском консерватизме, число которых довольно велико. В последние десятилетия основные зарубежные силы по изучению русского консерватизма сконцентрировались в США, где сформировалось несколько исследовательских школ. Н.В.Рязановский уже в своей монографии 1952 г. о славянофилах не только останавливается на консервативных элементах в учении ранних славянофилов, но также обращает внимание на становление русского национализма, на влияние французских традиционалистов на Магницкого и немецких романтиков - на Шевырева33, он же пишет в этой книге и о деятельности С.Глинки, Ф.Ростопчина,

А.Шишкова, а также об известных акциях Рунича и Магницкого в Казанском университете34, о чем еще будет идти речь в нашей книге. По существу, истории консерватизма в России 20-50-х годов посвящена следующая книга Н.Рязановского, которая и сегодня является самым крупным исследованием по проблемам «официальной народности» в России35. О консерватизме на фоне других общественных течений пишет Н.Рязановский в своей книге по народному образованию в России в первой половине XIX в. В ней, в частности, находят отражение взгляды Н.М.Карамзина36. В своей сводной работе по истории России Н.Рязановский, хотя и кратко, останавливается на взглядах русских консервативных деятелей - К.Победоносцева, М.Каткова, Н.Данилевского, - а также на панславизме в целом37. Рязановскому принадлежат и другие труды о русских консерваторах, в частности о Погодине и Шевыреве38.

Довольно значительное место занимают вопросы русского консерватизма и в творчестве Р.Пайпса, по крайней мере с 50-х годов. Свои политические взгляды Р.Пайпс определяет как либерал-консервативные и при этом подчеркивает, что если бы он жил в России до 1917 г., то, очевидно, стал бы октябристом. Он признает, что эти взгляды естественно влияют на его подход к событиям прошлого39. Еще до доклада Р.Пайпса на Всемирном конгрессе исторических наук в Москве, который авторы данной монографии хорошо помнят, им уже была опубликована специальная статья о русских военных поселениях40, а также осуществлена публикация с комментариями «Записки о древней и новой России» Н.М.Карамзина41, а в качестве издателя он участвует в выпуске книги о русской интеллигенции, где поданы и ее консервативные представители42. И впоследствии Р.Пайпс неоднократно обращался к проблемам русского консерватизма, например, в статье о П.Б.Струве43, а также в упоминавшейся двухтомной монографии о русской революции.

Параллельно с Н.Рязановским и Р.Пайпсом занимался исследованием русского консерватизма и Эдвард Таден, опубликовавший в 1964 г. свою монографию о консервативном национализме в России XIX века44. Таден по существу соглашается с консервативной рецептурой для России и считает консервативную философию, основанную на традиционных институтах, обычаях и русском национализме, наиболее перспективной для страны, во всяком случае в большей степени, чем предложения как либералов, так и радикалов. В этом же году выходит на подобную же тему и книга Леонарда Шапиро45, специально исследовавшего проблемы синтеза национализма и западничества и показавшего кризис русской консервативной мысли, оказавшейся неспособной выдержать испытание временем и проигравшей соревнование с левой русской идеей.

Важной особенностью зарубежных исследований о русском консерватизме следует признать ее нацеленность не только на решение общих проблем идейного и политического характера, но и обращение к ряду частных вопросов, а также к творчеству многих видных представителей русского консерватизма. Солидную монографию о русском землевладельческом дворянстве публикует в 1968 г. Т.Эммонс46, показавший борьбу в среде господствующих верхов в России в 50-60-х годах XIX в. Хотя в поле зрения автора находится прежде всего та часть дворянства, которая была нацелена на проведение реформы, то есть либеральное дворянство, но в книге находит определенное отражение и борьба против него консервативных сил и в центре и на местах. Определенное место уделяется консервативным кругам русского дворянства в общем контексте взаимоотношений дворянства и бюрократии в книге другого американского автора - Д.Филда, тоже посвященной эпохе 1861 г.47.

Примечательно, что за рубежом появилось несколько специальных монографий о жизни и деятельности наиболее видных русских консервативных мыслителей, причем нередко до того как были опубликованы соответствующие труды в современной отечественной историографии. В 1966 г. выходит книга М.Катца о М.Н.Каткове48, в 1967 г. монография Р.Макмастера о Н.Я.Данилевском49, а в 1968 г. книга Э.Бирнса о К.П.Победоносцеве50. Имеются также издания и о многих других деятелях русского консервативного лагеря51.

Для данной работы представляли также большой научный интерес и общие труды по истории консерватизма в целом52, исследования по консерватизму во Франции, Англии и других западных странах53, а также, например, по соседней с Россией Румынии54.

Хронологические рамки нашей монографии ограничиваются 1905 годом, но существует ряд работ зарубежных авторов, которые посвящены русским организациям, возникшим после 1905 г. Соответствующие исследования интересны и с точки зрения их идейных и организационных предпосылок, и в этом отношении можно, например, выделить работу американского историка Д.К.Раусона55. Заслуживают также внимания и зарубежные издания по проблемам панславизма, либерализма и т.д., поскольку в них нередко звучит и тема русского консерватизма56. Тем не менее, история русского консерватизма как одного из главнейших общественных течений своего времени до сих пор еще не написана. Ее сопоставительный показ в специальной статье И.Д.Ковальченко в журнале «Отечественная история» за 1994 г. (№ 2), где консерватизм подается наряду с либерализмом и левым радикализмом, свидетельствует о том, что в XIX веке консервативная идеология, несомненно, была в России господствующей не только в правящих верхах, но и в обществе. Несмотря на то, что еще в 1970 г. на XIII международном конгрессе исторических наук в Москве Ричард Пайпс сделал свой упомянутый доклад «Русский консерватизм во второй половине девятнадцатого века», русский консерватизм этого столетия в монографическом плане пока что не представлен. Это и является задачей данной книги. Но наряду с общей проблемой, связанной прежде всего с показом консерватизма как самостоятельного общественно-политического течения на разных этапах развития страны, перед авторами встали и многие другие задачи, на первый взгляд вспомогательного характера.

Не без заметного труда решается проблема генезиса русского политического консерватизма, и для ее решения пришлось обратиться к материалам второй половины XVIII столетия, поскольку лишь сопоставление источников на стыке двух веков - XVIII и XIX - на наш взгляд, может решить эту проблему. Конечно, она останется дискуссионной, но нам представляется, что наш подход будет достаточно убедительным и, прежде всего, документированным.

К числу задач монографии относится показ разновидностей русского политического консерватизма, который, как читателю станет вскоре ясно, никогда не был единым, внутренне непротиворечивым и общепризнанным. Уже в первое время зарождения консерватизма в нем наметилось несколько оттенков, а затем и несколько внутренних течений, каждое из которых мы постараемся проследить на протяжении всего века и даже несколько дальше, поскольку фактически в данной книге будет рассмотрена история русского консерватизма вплоть до революции 1905 года. Проявившиеся в то время консервативные течения потребуют другого специального исследования. Решение этих главных задач будет тесно сопряжено и с изучением взглядов наиболее видных консервативных мыслителей, их взаимосвязи с идеями мирового консерватизма, соотношения столичного консерватизма и консерватизма провинциального, светского и духовного, правительственного и общественного. На каждом этапе истории России прошлого столетия нас интересует и консервативная практика, место и роль консерваторов в государственном аппарате, их взаимоотношения с имперской властью, их участие в решении тех или иных главнейших государственных вопросов и соответствие их вклада основным потребностям развития страны. Мы предпочитаем исследовательский подход оценочному, но понятно, что без тех или иных выводов обойтись никак не удастся. Мы категорически против того, чтобы заведомо выносить русскому консерватизму, под которым мы разумеем идейное и политическое течение охранительного характера, направленное на принципиальное сохранение существующих социальных отношений и государственного устройства, какие-либо приговоры и предпочитаем спокойный рассказ, основанный прежде всего на исторической конкретике.


1 Мельвиль А.Ю. Социальная философия современного американского консерватизма. М., 1990.
2 Десять принципов американского консерватизма. Программа Фонда наследия // США: экономика, политика, идеология. М, 1992. № 6.
3 Галкин А.А., Рахшмир П.Ю. Консерватизм в прошлом и настоящем. О социальных корнях консервативной волны. М., 1987; Гаджиев КС. Консерватизм: современные интерпретации. М., 1990; Рахшмир П.Ю. Эволюция консерватизма в новое и новейшее время // Новая и новейшая история, 1990, № 1; Современный консерватизм. М, 1992.
4 Манхейм К. Консервативная мысль // Социологические исследования, 1993. № 1,4, 9, 11; Консервативные идеологии // Социологические исследования, 1994. № 1; Гарбузов В.К Консерватизм: Понятие и типология. Историографический обзор // Политические исследования, 1995. № 4; Консерватизм как течение общественной мысли и фактор общественного развития. Материалы «круглого стола» // Политические исследования, 1995. № 4: Исследования по консерватизму. Вып. 3. Консерватизм и либерализм: созвучия и диссонансы (к 125-летию со дня рождения П.Б.Струве). Материалы научной конференции. Пермь, 1996; Денискина В.А. Трансформация американского консерватизма. Реф. сб. М.: ИНИОН, 1990.
5 Григорьян Б.Т. Просвещенный консерватизм // Вопросы философии, 1979. № 12.
6 Дружинин Н.М. «Журнал землевладельцев» (1858-1860 гг.) // Дружинин НМ. Социально-экономическая история России. Избранные труды. М., 1987.
7 Скороспелова В.А. Газета «Весть» в общественно-политической жизни России 60-х годов XIX века. Автореф. дисс. на соискание уч. ст. канд. ист. наук. М., 1975.
8 Твардовская В.А. Идеология пореформенного самодержавия (М.Н.Катков и его издания). М., 1978; Ее же: Достоевский в общественной жизни России (1861-1881). M., 1990.
9 Бердяев Н.А. Судьба русского консерватизма // Киносценарии, 1989. №5.
10 Лотарев К.А. Политический консерватизм в процессе реформирования российского общества: история и современные проблемы. Автореф. дисс. на соискание уч. ст. канд. ист. наук. М., 1995; Кишенкова О.В. Концепция общественной модернизации в политической доктрине российской консервативной мысли XIX - начала XX веков. Автореф. дисс. на соискание уч. ст. канд. ист. наук. М., 1996.
11 Конягин М.Ю. Шарапов С.Ф.: критика правительственного курса и программа преобразований. Конец XIX - начало XX вв. Автореф. дисс. на соискание уч. ст. канд. ист. наук. М., 1995.
12 Местр Жозеф де. Петербургские письма. 1803-1817. СПб., 1995.
13 Карпец В. Муж отечестволюбивый. Историко-литературный очерк. М., 1987.
14 Томсинов В.А. Временщик (А.А.Аракчеев). М., 1996; Федоров В.А. М.М.Сперанский и А.А.Аракчеев. М., 1997.
15 Давыдов М.А. «Оппозиция Его величества». Дворянство и реформы в начале XIX в. М., 1994; Жуковская Т.Н. Дворянский либерализм в России в первой четверти XIX в. Итоги и задачи изучения. Автореф. дисс. на соискание уч. ст. канд. ист. наук. СПб., 1992; Сахаров А.Н. Александр I. М., 1998.
16 История внешней политики России. Вторая половина XIX века. М., 1997. С.309-319.
17 Гайденко П.П. Под знаком меры (либеральный консерватизм П.Б.Струве) // Вопросы философии, 1992. № 12; Филиппова ТА. Мудрость без рефлексии. Консерваторы в политической жизни России // Кентавр, 1993, № 6; Ее же: Российское реформаторство второй половины XIX века. Проблема либерально-консервативного синтеза // Преподавание истории в школе, М., 1995. № 1; Ее же: Предчувствие ностальгии // Свободная мысль, 1993 № 9; Гефтер М.Я. Мир миров: российский зачин // Иное. Россия как идея. М., 1995.
18 Исаев И.А. Политико-правовая утопия в России. Конец XIX - нач. XX века. М., 1991; Исаев И.А., Золотухина Н.М. История политических и правовых учений России XIX-XX вв., М., 1995.
19 Консерватизм в России. «Круглый стол» // Социологические исследования. М., 1993. № 1; Общественная мысль, политические движения и партии в России XIX-XX вв. Брянск, 1996; Славянофильство и западничество: консервативная и либеральная утопия в работах Анджея Валицкого. Вып. 1. Реф. сб. М., 1991; Подобные сборники выходили и ранее. См: Традиционное общество и мировая экономика: критика теорий модернизации. Сб. обзоров. М., 1981.
20 Российские консерваторы. М., 1997.
21 См.: Шкаренков Л.К. Агония белой эмиграции. Изд. второе. М., 1987; Костиков В. Не будем проклинать изгнанье. Пути и судьбы русской эмиграции. М., 1990. Т.1.; Назаров М. Миссия русской эмиграции. Изд. второе. М., 1994.; Омельченко НА. Русский опыт. Революция 1917 года в России и политическая практика большевизма в общественно-политической мысли российского зарубежья (1917-начало 1930-х годов) М., 1995; Раев М. Россия за рубежом. М., 1994.
22 Омельченко НА. Указ. соч. С.24.
23 Ковалевский П.Е. История и культурно-просветительная работа русского зарубежья за полвека (1920-1970). Париж, 1971. С. 169-185.
24 Пашуто В.Т. Русские историки эмигранты в Европе. М., 1992; См. также: Раев М. Указ. соч. С. 198-234.
25 Зеньковский В. Русские мыслители и Европа. Критика европейской культуры у русских мыслителей. Второе изд. Париж, 1955. С. 14-26.
26 Бердяев Н.А. Философия неравенства. Письма к недругам по социальной философии // Русское зарубежье. Лг., 1991. С.91.
27 Там же.
28 Бердяев Н. Самопознание. Опыт философской автобиографии. М., 1991. С. 266.
29 Франк С.Л. Духовные основы общества. Введение в социальную философию // Русское зарубежье. Лг., 1991. С. 406.
30 См.: Русские философы. Конец XIX-середина XX века. Антология. М., 1993; Русские философы. Конец XIX-середина XX века. Антология. М., 1994; Русская идея. В кругу писателей и мыслителей русского зарубежья. Т. 1-2. М., 1994; Русская идея. М., 1992; Литература русского зарубежья. Антология. М., 1990. Т.1. Кн. первая и вторая; Т.2. М., 1991 и т.д.; О России и русской философской культуре. Философы русского послеоктябрьского зарубежья. М., 1990.
31 Мазад Ш. Россия при императоре Александре II // Дело Чернышевского. Сб. документов. Саратов, 1968. С. 561.
32 Перечень зарубежных трудов о русских императорах XIX в. См.: Нарбаев Н.Б. Россия и Евразия: проблемы государственности. Вторая половина XIX-начало XX века. М., 1997. С. 51-52.
33 Riasanovsky N. V. Russia and the west in the teaching of the slavophiles. A study of romantic ideology. Cambrige (Mass), 1952. p.2-3.
34 Ibidem, p.4-8.
35 Riasanovsky N. V. Nicholas I and official nationality in Russia 1825-1855. Berkley: Los Angeles, 1961.
36 Riasanovsky N. V. A parting of ways. Government and the educated public in Russia 1801-1855. Oxford: Clarendon press, 1976. p.51-52.
37 Riasanovsky N. V. A history of Russia. Third ed. N. Y.: Oxford univ. press, 1977. p.499-500.
38 Riasanovsky N. Pogodin and Sevyrev in Russian intellectual history // Harvard Slavic Studies, vol.IV, p. 149-167.
39 Пайпс P. Русская революция. Часть первая. М., 1994. С.5.
40 Pipes R. The Russian military colonies, 1810-1831 // J. of modern history. Vol. XXII (Sept 1950), p.205-214.
41 Karamsin N.M. Memoir on ancient and modern Russia. A translation and analysis by R.Pipes. Cambridge, Mass., 1959.
42 Pipes R. The Russian intelligentsia. N. Y: Columbia univ. press, 1961.
43 Пайпс Р. П.Б.Струве о русской революции // Вестник Русского христианского движения. 1978. № 126.
44 Thaden Е. Conservative nationalism in nineteenth century Russia. Seattle: Univ. of Washington press, 1964.
45 Shapiro L. Rationalism and nationalism in Russian nineteenth-century political thought. New Haven; London, 1964.
46 Emmons T. The Russian landed gentry and the peasant emancipation of 1861. Cambridge: Univ. press, 1968.
47 Field D. The end of serfdom. Nobility and bureaucracy in Russia. 1855-1861. Cambridge (Mass.); London, Harvard univ. press, 1976.
48 Kats M Mikhail N.Katkov. A political biography, 1818-1887. The Hague; Paris: Mouton, 1966.
49 MacMaster R.E. Danilevsky A. Russian totalitarian philosopher. Cambridge (Mass.): Harvard univ. press, 1967.
50 Byrns R.F. Pobedonostsev. His life and thought. Bloomington; London, 1968.
51 Fadner F Seventy years of pan-slavism. Karamzin to Danilevskii. 1800-1870. Washington, 1962; Gerstein I. Nikolai Strakhov. Cambridge, Mass., 1971; Lukashevich S. Konstantin Leontev, 1831-1891. A study in Russian «heroic vitalism». N. Y. 1967.
52 Kirk R. The conservative mind, from Burke to Santayana. Chicago, 1953; Touchard J. Histoire des idees politique. T. 2. Du XVIII siecle a nos jours. Paris, 1962.
53 Godechot J. La contre-revolution. Doctrine et action (1789-1804. Paris, 1961; Roche A.-V. Les idees traditionalistes en France de Rivarol a Charles Maurras. Urbana, Univ. of Illinois, 1937; Parkin Ch. The moral basis of Burke's political thought. Cambridge: Univ. press., 1956.
54 Iordache A. Originile conservatorismului politic din Romania si rezistenta sa contra procesului de modernizare 1821-1882. Buc, 1987.
55 Rawson D.C. Russian rightists and the revolution of 1905. Cambridge: Univ. press, 1995
56 Kohn H. Pan-slavism: Its history and ideology. N. Y., 1960; Fischer G. Russian liberalism, from gentry to intelligentsia. Cambridge (Mass.). 1958.

Вперёд>>  
Просмотров: 7464
Другие книги
             
Редакция рекомендует
               
 
топ

Пропаганда до 1918 года

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

От Первой до Второй мировой

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

Вторая мировая

short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

После Второй Мировой

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

Современность

short_news_img
short_news_img
short_news_img
 
X