• Джордж Моссе
 

Нацизм и культура. Идеология и культура национал-социализма


Герман Штрезау. Большое давление даже в малых делах
 


   Немецкий путь, а еще точнее – немецкое самосознание так глубоко укоренены в душах людей, что порой даже затрудняют дыхание. Правление Гитлера не является правлением только его одного. Кое-кто из его ближайшего окружения может даже подумать, что стал вторым человеком в рейхе или, по крайней мере, его личным советником. Однако положения дел это не меняет.

   Давление на человека продолжается, и даже трудно объяснить, в чем оно заключается. С каждым из нас лично ничего не происходит. Партию мы не замечаем, как не обращаем внимания на окружающие нас леса. Но по пути в Берлин можно услышать и увидеть многое. В этих событиях нет ничего особенного, зачастую они мелки и незначительны, и тем не менее ощущение давления сохраняется. Возьмем, к примеру, небольшое недавнее происшествие в автобусе. Вечер, как раз перед самым окончанием рабочей смены на заводах. Передо мной сидит невысокий коренастый человек. По профессии он садовник, но подрабатывает на полставки в ближайшем городке в качестве ночного сторожа. Я его знаю, поскольку его сменщиком был Джеки. Вообще-то он довольно ограниченная, весьма примитивно думающая, безобидная личность, однако любитель поговорить. И вот в автобус сел высокий плечистый парень в черной шляпе с широкими полями. Он казался переодетым в штатское полицейским и производил неприятное впечатление. Войдя в автобус, он поприветствовал всех низким баритоном «Хайль Гитлер!» и уселся рядом с садовником. Они завели разговор о погоде, возможных заморозках и тому подобном. Садовник произнес по ходу их беседы: «Слишком строгие правители долго не удерживаются». В народе это выражение имеет широкое хождение, в особенности когда разговор идет о морозной погоде. Как же поступил его сосед? Он наклонился вперед, прокашлялся и проговорил со значением:

   – Я не совсем понял, что вы имеете в виду, господин?…

   Садовник, видимо, даже не понял, насколько просто он мог загреметь в концентрационный лагерь.

   В другой раз в автобусе ехала молодая женщина с дочкой четырех или пяти лет. Та стояла на сиденье и с большим интересом смотрела в окно. Какой-то молодой штурмовик ходил туда-сюда около автобуса, затормозившего на остановке. Вдруг маленькая девочка сказала:– Смотри-ка, мамочка! Этот дядя не собирается входить сюда, да?

   Испуганная женщина прикрыла ладонью рот малышки и прикрикнула на нее.

   И это так называемое народное сообщество…

   К этому следует добавить и изменения, произошедшие с молодежью. В народе становится все больше людей, не знающих войны. Они не имеют представления о том, что пришлось пережить старшему поколению, и смотрят на войну как на возможность новых приключений и даже получения отличий.

   Не могу забыть небольшое происшествие, произошедшее как-то утром в библиотеке, где я с одним коллегой занимался каталогами. У нас непроизвольно завязался разговор об издательстве довольно большого числа книг на военную тематику, в основном антивоенных. Мы оба были участниками войны и придерживались мнения, что она – самое настоящее свинство. Войной мы были, как говорится, сыты по горло. В наш разговор вмешалась молодая девушка – сотрудница библиотеки, которая заявила, что в войне было и нечто возвышенное.

   – Что вы имеете в виду? – спросил я ее. Девушка, которой не было и двадцати лет, красивое и нежное создание, поставила нас в тупик, сказав, что, в конце концов, война обнажает лучшие качества человека – готовность к самопожертвованию, чувство товарищества, мужество. Что можно было возразить ей? Мой коллега лишь пожелал, чтобы она сама пережила эту «гнусность». Но это, конечно, не было аргументом для ответа идеалистически настроенной девушке, державшейся высокомерно и пренебрежительно. Я попытался объяснить ей, что еще в древние времена человечество переживало эпидемии чумы и холеры, во время которых людям представлялась возможность проявить свое достоинство и добродетель – готовность прийти на помощь другим, даже жертвуя собой, и другие человеческие качества. И я спросил ее, как она относится к победам людей над тогдашними страшными эпидемиями. Девушка ничего не ответила, но мое объяснение, видимо, ее не разубедило. Правда, она непривела популярный аргумент, что, мол, войны были всегда, поэтому будут и впредь. Глупость этой логики становится очевидной только после того, как миллионы людей заплатят за нее своей жизнью.

   (Штрезау Герман. Из года в год. Берлин, 1948.)



<< Назад   Вперёд>>  
Просмотров: 2754
Другие книги
             
Редакция рекомендует
               
 
топ

Пропаганда до 1918 года

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

От Первой до Второй мировой

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

Вторая мировая

short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

После Второй Мировой

short_news_img
short_news_img
short_news_img
short_news_img
топ

Современность

short_news_img
short_news_img
short_news_img
 
X